Добрались мы с двухчасовым опозданием, наши джипы многократно застревали в грязи. Встретили местные жители нас не очень приветливо. Показали, не произнося ни единого звука, как следует обращаться с луком и стрелами. Один из них – по-видимому, главный – знаками подозвал к себе Виталия, моего двенадцатилетнего сына, дал ему в руки лук и начал в индивидуальном порядке обучать его стрельбе. Движения туземца были резки и нетерпеливы. Когда Виталий не понял с первого раза, как нужно держать лук, тот с раздражением вырвал у него из рук оружие и медленно продемонстрировал еще раз. В конце концов Виталий проделал все, что от него требовалось, и удостоился покровительственного хлопка по плечу.

После этого краткого курса молодого бойца мы вслед за охотниками направились за добычей, а несколько человек остались с женщинами, чтобы понять, что и как они собирают в саванне.

Мы шли за охотниками, пытаясь не отставать от них. Неожиданно двое туземцев исчезли в зарослях, а когда через минуту появились вновь, в руках у каждого из них было по стреле с нанизанной на нее птицей. Это очень походило на заготовленный заранее трюк, о чем я и заявила нашему проводнику. Однако тот с обидой отверг мои подозрения.

Вскоре я воочию убедилась в необычайной меткости наших спутников, когда один из них, почти не целясь, подстрелил мелкую пташку. Как пояснил нам наш проводник, обычно здесь охотятся на карликовых антилоп дик-дик или на зайцев, но по причине нашего опоздания время охоты на них было упущено. Для охоты на крупную дичь наконечники стрел окунают в яд, который изготавливают из адениума. Яд этот, попадая в кровь, убивает за несколько минут.

«А почему они ничего не выращивают? Ведь еды, которую они добывают таким примитивным способом, им явно не хватает», – спросила у проводника одна девушка из нашей группы. «Они к этому не приспособлены. Сельское хозяйство – слишком сложное занятие для них», – последовал ответ. Из его краткой лекции мы поняли, что у людей племени хадзабе напрочь отсутствует способность планировать свою деятельность на долгосрочный период, а без этого и урожай не вырастишь, и скот не разведешь.

Несколько охотников вызвались проводить нас до джипов, оставленных на дороге. Среди них был и тот, который в этом сафари обучал Виталия стрельбе из лука. Похоже, мой сын ему очень понравился. Он с радушием пожал ему руку, издал гортанный звук и два раза выразительно прищелкнул языком – явно разговорился. «Он говорит, что его зовут Цок-Цок, и хочет узнать имя этого парнишки», – пояснил проводник. Виталий назвал себя. Так состоялось знакомство этих абсолютно разных, но, наверное, в чем-то очень похожих людей. Ведь Виталий по натуре тоже охотник и тоже живет, не заботясь о завтрашнем дне.

Автор статьи: Татьяна Вушелева