Собственно, на постоянстве констант и основана современная наука. Физики, подобно теологам, черпают в нем чувство блаженной уверенности в то, что жизнь протекает в идеально устроенном и поддающемся рациональному осмыслению мире. Открытие и точнейшее измерение этих фундаментальных величин стали одним из величайших достижений современной физики. А вот здесь можно найти китайских поставщиков.

Из кажущегося хаоса стихий, из гибели звезд и сумасбродства элементарных частиц она по капле выдавливала и отливала в виде формул основополагающие принципы порядка, всегда следуя убежденности Галилео Галилея в том, что «природа говорит языком математики», то есть она всегда предвычислима.

Впрочем, от этого фундаментальные постоянные не становятся менее загадочными. Они наделены противоречивой и труднопостигаемой двойственной природой. Это неудивительно: ведь константы – это всего лишь числа, обычные арифметические величины. Большинство констант задавалось «руками», позволяя физикам заполнить пробелы в уравнениях, а точнее, добиться соответствия между данными измерений и расчетами.

К примеру, Исаак Ньютон еще в XVII веке открыл закон тяготения, скрываясь от чумы в английской деревне. Привести же его формулу в соответствие с данными наблюдений смогли лишь ученые более позднего времени, добавившие в нее коэффициент – гравитационную постоянную G. Чему она равна? Довольно громоздкому числу 0,0000000000667428 м3/(кг х с2).

Однако только введя в формулу постоянную G, можно разгадать загадку гравитации. Так чем же является G, учитывая все вышесказанное? Просто числом? Или же выражением свойств самой природы? Скорее, и тем, и другим, утверждают физики. Поскольку G – это элемент, который «делает правильным» любой расчет сил тяжести, гравитационная постоянная должна быть чем-то большим. Не просто удобной расчетной величиной или порождением человеческой мысли, а именно константой самой природы. Иными словами, природные константы обеспечивают как правильность формул, так и функционирование мира.